Решения и постановления судов

Определение Верховного Суда РФ от 14.04.2003 N 44-О03-41 Приговор по делу о получении взятки отменен, уголовное преследование по ст. 290 части 4 п. “б“ УК РФ прекращено в соответствии с п. 6 части 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием постановления прокурора и заключения судьи районного суда о возбуждении уголовного дела.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 14 апреля 2003 г. N 44-О03-41

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Свиридова Ю.А.,

судей Колышкина В.И.,

Яковлева В.К.

рассмотрела в судебном заседании от 14 апреля 2003 г. дело по кассационному представлению государственного обвинителя Старковой Т.В. на постановление судьи Пермского областного суда от 20 февраля 2003 г., которым уголовное дело по обвинению

К., <...>, несудимого,

в совершении преступления, предусмотренного ст. 290 ч. 4 п. “б“ УК РФ прекращено в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием постановления прокурора и заключения судьи районного суда о возбуждении уголовного дела.

Заслушав доклад судьи Верховного
Суда Российской Федерации Колышкина В.И., мнение прокурора Мурдалова Т.А., поддержавшего доводы кассационного представления государственного обвинителя, объяснения адвоката Пестова А.Г., просившего постановление судьи от 20 февраля 2003 года в отношении К. оставить без изменения, Судебная коллегия

установила:

К. обвинялся в том, что с января 2001 года по февраль 2002 года, являясь преподавателем кафедры “Менеджмент и право“ Пермского института филиала Московского государственного университета коммерции, получил от студентов за прием экзаменов 15 взяток на общую сумму 8700 рублей.

К. вину в предъявленном обвинении не признал.

Постановлением судьи Пермского областного суда от 20 февраля 2003 года уголовное дело в отношении К. прекращено в соответствии с требованием ст. 24 ч. 1 п. 6 УПК РФ. Государственный обвинитель в кассационном представлении просит постановление судьи Пермского областного суда от 20 февраля 2003 года в отношении К. отменить и дело направить в Пермский областной суд для рассмотрения по существу предъявленного обвинения. В обоснование просьбы в кассационном представлении указано о том, что уголовное дело в отношении К. было возбуждено 13 февраля 2002 года, то есть тогда, когда действовал УПК РСФСР. О том, что К. наряду с преподавательской деятельностью является адвокатом Пермской коллегии адвокатов, органами предварительного следствия стало известно лишь после введения в действие нового УПК РФ, в связи с чем дело 9 сентября 2002 года было направлено по подследственности в прокуратуру Мотовилихинского района г. Перми. В представлении сделана ссылка на ст. 4 УПК РФ о том, что при производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий во время производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения.

Далее в представлении отмечено, что между постановлением судьи
от 20.02.2003 имеется противоречие.

К. и адвокат Пестов А.Г. в возражениях на кассационное представление государственного обвинителя просят оставить постановление судьи от 20 февраля 2003 года о прекращении дела без изменения, а кассационное представление гособвинителя - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления государственного обвинителя и возражения на это представление, Судебная коллегия находит постановление судьи от 20 февраля 2003 года о прекращении уголовного дела в отношении К. законным и обоснованным.

Из материалов дела видно, что уголовное дело в отношении К. находилось в стадии расследования, когда 1 июля 2002 года вступил в законную силу новый УПК РФ, который предусмотрел особый порядок производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц, в число которых вошли и адвокаты.

В соответствии с требованием ст. ст. 447 ч. 1 п. 8, 448 ч. 1 п. 10 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении адвоката принимается прокурором на основании заключения судьи районного суда по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления.

Хотя следствие по делу в отношении К., работающего с 26 октября 1994 года в качестве адвоката, производилось в период действия нового УПК РФ, органы предварительного следствия указанные выше требования уголовно-процессуального закона не выполнили, заключение судьи и постановление прокурора не получили, ограничившись прежним постановлением о возбуждении уголовного дела.

Что касается довода о том, что в постановлениях судьи Пермского областного суда от 20 февраля 2003 года и 27 января 2003 года имеются противоречия, то с этим доводом согласиться нельзя по следующим основаниям.

В постановлении судьи Пермского областного суда от 28 января 2003 года (в представлении ошибочно указано 27 января 2003 года) о
назначении судебного заседания по итогам предварительного слушания (т. 2 л.д. 226 - 227) отмечено то, что К. являлся адвокатом, совмещавшим свою работу с преподавательской деятельностью. В соответствии с требованием ст. ст. 447, 448 УПК РФ, вступившим в силу с 1 июля 2002 года, на К. как адвоката стал распространяться с этого времени особый порядок производства по делу.

Судья постановлением от 28 января 2003 года назначил дело к слушанию на 10 февраля 2003 года и 20 февраля 2003 года постановил постановление о прекращении уголовного дела в отношении К. на основании п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Таким образом, следует признать, что в судебных постановлениях от 28 января 2003 года и 20 февраля 2003 года каких-либо противоречий не содержится.

С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

постановление судьи Пермского областного суда от 20 февраля 2003 года о прекращении уголовного дела в отношении К. оставить без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя Старковой Т.В. - без удовлетворения.

Председательствующий

Ю.А.СВИРИДОВ

Судьи

В.И.КОЛЫШКИН

В.К.ЯКОВЛЕВ