Решения и постановления судов

Определение Верховного Суда РФ от 17.04.2003 N 8-о02-53 Приговор по делу об убийстве оставлен без изменения, поскольку наказание, назначенное осужденным, соответствует тяжести содеянного ими и данным, характеризующим личности каждого из них; несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости не является.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 апреля 2003 г. N 8-о02-53

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Каримова М.А.

судей - Рудакова С.В. и Сергеева А.А.

рассмотрела в судебном заседании от 17 апреля 2003 года кассационные жалобы осужденных Е., С., адвокатов Крылова А.Д., Нодь П.Т., потерпевшей П. на приговор Ярославского областного суда от 8 августа 2002 года, которым

Е., <...>,

осужден по ст. 105 ч. 2 п. “з“ УК РФ к двенадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

С., <...>,

осужден по ст. ст. 33 ч. 5 - 105 ч. 2 п. “з“ УК РФ с применением ст. 64 УК
РФ к шести годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

По ст. 158 ч. 2 п. “а“ УК РФ Е. и С. оправданы за отсутствием состава преступления.

По ст. 167 ч. 2 УК РФ Е. оправдан за неустановлением события преступления.

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Е. признан виновным и осужден за убийство Ш., 1927 года рождения, совершенное из корыстных побуждений.

С. признан виновным и осужден за пособничество в совершении этого убийства.

Преступления были совершены в г. Ярославле 8 марта 2002 года при обстоятельствах, указанных в приговоре суда.

Заслушав доклад судьи Рудакова С.В., объяснения осужденного С., адвоката Крылова А.Д., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Шинелевой Т.Н., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

в кассационных жалобах и дополнениях к ним:

потерпевшая П. утверждает, что осужденные искали деньги, но не нашли. Это и было мотивом их действий. Необоснованно суд не признал факт поджога с нанесением материального ущерба и не исследовал факт поджога с целью сокрытия преступления. Все это повлекло назначение виновным необоснованно мягкого наказания. Потерпевшая просит пересмотреть уголовное дело и вынести наказание адекватное совершенным преступлениям.

Адвокат Крылов А.Д. просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение. В обоснование этого утверждается, что в основу обвинения Е. положены показания С., которые вызывают сомнения, поскольку у него выявлено психическое расстройство в виде хронического алкоголизма. Кроме того, показания С. не соответствуют обстоятельствам дела, объективно подтвержденным судебным следствием.

Адвокат Нодь А.Т. в защиту С. просит приговор отменить, дело прекратить. Утверждается, что показания С. при осмотре места происшествия являются недопустимыми и исследовались в судебном заседании незаконно. Выводы суда о виновности С. не подтверждаются доказательствами, рассмотренными
в ходе судебного заседания.

Осужденный Е. утверждает, что не установлен мотив убийства Ш., не проверялись все версии по делу. Показания, которые давал С., были ему навязаны следователем. Факт совершения убийства Ш. осужденный Е. отрицает. Он просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство.

Осужденный С. выражает свое несогласие с приговором и утверждает о недопустимости своих показаний при осмотре места происшествия. У Е. не было необходимости обращаться к нему с просьбой помочь проникнуть в квартиру Ш., поскольку между Е. и Ш. были хорошие отношения. С. считает, что его действия должны быть переквалифицированы на ст. 125 УК РФ. Однако он просит приговор отменить, направить его на стационарное психиатрическое обследование.

В возражении на жалобы осужденных потерпевшая П. утверждает о необоснованности изложенных Е. и С. доводов.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб и возражения, судебная коллегия считает, что вина Е. и С. в содеянном ими подтверждена собранными по делу, проверенными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами.

Доводы жалоб о том, что вина Е. и С. не подтверждена доказательствами, рассмотренными в суде, судебная коллегия находит несостоятельными.

В ходе предварительного следствия при осмотре места происшествия с участием адвоката С. подробно рассказал о мотиве убийства Ш., совершенного Е., а также о своей пособнической роли в этом.

Из показаний С. видно, что Е. сообщил ему о своем намерении убить Ш. из-за того, что та хотела передать его расписку участковому. При этом Е. просил его помочь попасть в квартиру потерпевшей под предлогом покупки спирта. Как утверждал С., когда он позвонил в дверь, Е. спрятался, чтобы Ш. не увидела его, а сам он, войдя
в квартиру, входную дверь лишь неплотно прикрыл за собой. После этого Е. забежал в квартиру. Повалил потерпевшую на пол и наносил ей удары. После этого он помогал Е., по его просьбе, перетаскивать тело потерпевшей.

Приведенные данные получены с соблюдением требований закона при участии адвоката. Протокол указанного следственного действия исследовался в суде в полном соответствии с требованиями ст. 276 УПК РФ и, как доказательство, недопустимым не является.

Показания С. суд обоснованно положил в основу обвинения как его самого, так и Е., поскольку они подтверждены совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств.

Так в ходе судебного разбирательства С. не отрицал, что Е. просил к Ш. сходить его одного, а сам оставался в подъезде. Когда он вошел в квартиру, то дверь за собой не запирал, а лишь прикрыл ее. Ш. спросила его, передал ли он Е. ее требование вернуть деньги. В этот момент в квартиру вбежал Е. и набросился на Ш., стал душить ее руками и они оба упали на пол. По требованию Е. он запер дверь, а Е. наносил потерпевшей удары.

Собственные показания Е. свидетельствуют о том, что Ш. заподозрила его в краже денег, он согласился написать ей долговую расписку. Не отрицал Е. и того, что вошел в квартиру уже после С.

Из показаний свидетелей Л. и Д. следует, что они присутствовали при написании Е. долговой расписки. Со слов Ш. им известно, что Е. украл у нее 500 рублей и в этом признавался сам.

Приведенные данные свидетельствуют не только о достоверности показаний С., но и о том, что судом верно установлен мотив действий Е. В судебном заседании С. подтвердил,
что Е. в квартире искал расписку.

В ходе следствия потерпевшая П. в квартире своей матери Ш. обнаружила эту расписку и выдала ее следственным органам.

Установлено судом и орудие убийства Ш.

Из данных протокола осмотра места происшествия следует, что при обнаружении трупа Ш. был изъят нож с деревянной ручкой.

По заключению биологической экспертизы, на ноже, изъятом с места происшествия, обнаружена кровь, происхождение которой от Ш. не исключается.

По заключению судебно-медицинского эксперта, смерть Ш. наступила в результате двух проникающих ран передней поверхности левой половины грудной клетки, что повлекло за собой развитие острой обильной кровопотери.

На основе приведенных, а также других исследованных доказательств, получивших должную оценку, суд обоснованно пришел к выводу о том, что Е., желая избавиться от долга перед потерпевшей при пособничестве С., совершил убийство Ш. из корыстных побуждений.

Правовая оценка действий Е. по ст. 105 ч. 2 п. “з“ УК РФ, С. по ст. ст. 33 ч. 5 - 105 ч. 2 п. “з“ УК РФ является правильной.

Изложенное выше опровергает и доводы потерпевшей о том, что мотив действий Е. и С. был другим.

Факт совершения Е. и С. разбоя в судебном заседании не подтвердился, что было признано и стороной обвинения.

Что касается хищения 100 рублей, то эти действия виновных не содержат состава уголовно-наказуемого деяния, а содеянное ими образует состав административного правонарушения.

Оправдание Е. по ст. 167 ч. 2 УК РФ судебная коллегия также находит правильным.

Доказательств того, что Е. имел умысел на уничтожение и повреждение чужого имущества путем поджога, а также доказательств совершения им этих действий не имеется.

В протоколе осмотра места происшествия каких-либо сведений о пожаре, об уничтоженном или поврежденном огнем имуществе,
не содержится.

В акте о пожаре и в протоколе осмотра места пожара содержится лишь упоминание о том, что от огня пострадала обшивка дивана на площади 40 кв. см, а также о том, что в квартире закопчены потолок и стены.

Эти данные не могут свидетельствовать о том, что в результате пожара было уничтожено или повреждено имущество, повлекшее причинение значительного ущерба.

При таких обстоятельствах доводы потерпевшей о необоснованном оправдании Е. судебная коллегия находит несостоятельными.

По заключению судебно-психиатрической экспертизы у С. выявляется психическое расстройство в виде хронического алкоголизма средней стадии с изменениями личности, не достигающими слабоумия. Во время совершения правонарушения С. мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Данное заключение сомнений не вызывает и оснований для проведения еще одной судебно-психиатрической экспертизы, как просит в жалобе С., не имеется.

Наказание, назначенное осужденным, соответствует тяжести содеянного ими и данным, характеризующим их личность, несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости, не является.

Оснований для отмены приговора за мягкостью наказания, назначенного Е. и С., не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Ярославского областного суда от 8 августа 2002 года в отношении Е. и С. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных Е., С., адвокатов Крылова А.Д., Нодя А.Т., потерпевшей П. без удовлетворения.

Председательствующий

КАРИМОВ М.А.

Судьи

РУДАКОВ С.В.

СЕРГЕЕВ А.А.