Решения и постановления судов

Приговор Рязанского областного суда от 19.03.2008 N 2-11 Отказ от уже завершенного преступления невозможен, поскольку разбой признается оконченным с момента нападения и применения насилия или угрозы независимо от того, удалось преступнику завладеть имуществом или нет.

РЯЗАНСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

ПРИГОВОР

от 19 марта 2008 г. N 2-11

(извлечение)

19 марта 2008 года Рязанский областной суд в составе: председательствующего судьи - Х.Ю.В., с участием государственного обвинителя - старшего помощника прокурора Рязанского района г. Рязани - Г.А.С., защитников: адвоката Сасовской коллегии адвокатов Рязанской области - К.Л.Е., адвокатов Рязанской городской коллегии адвокатов - С.В.А., Ю.О.В., представивших соответственно удостоверения N 265, 197, 450 и ордера N 71, 001475, 001840 при секретаре В.О.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению: М., 24 апреля 1983 года рождения, уроженца г. С., проживающего по адресу: Рязанская область, гражданина РФ, с образованием 7 классов, холостого, не работающего, военнообязанного,
юридически не судимого; Х., 2 июня 1984 года рождения, уроженца г. Брежнева Комсомольского района Татарской АССР, проживающего по адресу: Рязанская область, гражданина РФ, с неполным средним образованием, холостого, не работающего, военнообязанного, ранее не судимого; Ч., 7 августа 1987 года рождения, уроженца г. С., проживающего по адресу: Рязанская область, гражданина РФ, с неполным средним образованием, холостого, не работающего, военнообязанного, ранее не судимого - всех троих обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п. “в“ ч. 4 ст. 162, п. “б“, “ж“, “з“ ч. 2 ст. 105 УК РФ,

установил:

М., Х. и Ч. совершили разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Они же, совершили убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, группой лиц по предварительному сговору, лица в связи с осуществлением им служебной деятельности, сопряженное с разбоем.

Оба преступления подсудимыми совершены при следующих обстоятельствах: 19 апреля 2007 г., в вечернее время Ч., Х. и М., находясь в доме М. по адресу: Рязанская область, по предложению последнего вступили между собой в преступный сговор, направленный на совершение разбойного нападения с применением насилия на охранника и оператора игрового клуба ООО “П.“, расположенного по адресу: Рязанская область, рядом со зданием потребительского общества, в котором расположен магазин ЧП “А.“, с целью завладения денежными средствами игрового клуба “П.“. Зная о том, что в ночное время в клубе находятся два сотрудника, один из которых выполняет обязанности по обеспечению безопасности и порядка в клубе, а другой,
являясь оператором клуба, контролирует и производит выплату денег, Ч., М. и Х. разработали план о нападении, согласно которому они распределили между собой роли при его совершении. Согласно разработанному плану Ч. должен был зайти в помещение игрового клуба и для того, чтобы сотрудник клуба, обеспечивающий охрану, не смог оказать противодействие в завладении денежными средствами, под мнимым предлогом предложить ему выйти из помещения клуба на улицу, где М. и Х. с использованием заранее приготовленных кухонных ножей совершат его убийство. Затем Х. зайдет в игровой клуб, где совместно с находящимся там Ч. совершат нападение на оператора клуба, убьют его и похитят из игровых автоматов деньги.

С этой целью 20 апреля 2007 года, около 1 часа ночи Ч., Х., М. взяли в доме М. каждый по кухонному ножу для использования в качестве орудий преступления, подошли к игровому клубу ООО “П.“. М. остался на улице, а Ч. и Х. для выяснения обстановки зашли в помещение клуба, но увидев там посетителей, вышли и решили отложить нападение на сотрудников игрового клуба до тех пор, пока разойдутся посетители, для чего отошли на пл. Л. г. С. и стали наблюдать за обстановкой возле клуба.

Около 3 часов они вновь вернулись к игровому клубу ООО “П.“. Действуя согласно распределенным ролям, с целью реализации преступного умысла на разбойное нападение и убийство работников клуба, Ч. зашел в помещение клуба, где в этот момент находились оператор клуба Л. и работник ООО “К.“ М., одетый в форму охранника, который во исполнение заключенного между ООО “К.“ и ООО “П.“ договора о возмездном оказании охранных услуг и в
соответствии с должностными обязанностями обеспечивал охрану указанного игрового клуба и находящихся там материальных ценностей. Убедившись, что в клубе отсутствуют посетители, а оператор клуба спит, Ч. сказал М. о том, что его вызывают во двор, расположенный рядом со зданием игрового клуба. М. вышел из помещения клуба, где к нему подошли Х. и М.М. не подозревая о преступных намерениях указанных выше лиц, отошел с Х. и М. в сторону от клуба во двор, расположенный между игровым клубом ООО “П.“ по адресу: Рязанская область и здания потребительского общества в котором расположен магазин ЧП “А.“. 20 апреля 2007 года в период времени между 3 часами и 3 часами 40 минутами Х. и М., осознавая, что М. в силу исполняемых им обязанностей может воспрепятствовать хищению денежных средств, согласно договоренности неожиданно для М., совершили нападение на него с целью убийства и завладения денежными средствами ООО “П.“, и с применением ножей, используя их в качестве оружия, стали умышленно наносить множественные удары в область грудной клетки и шеи М. От ударов М. упал на землю, стал кричать, при этом пытаясь выхватить ножи из рук напавших на него лиц. Х. и М., действуя совместно и согласованно, продолжили умышленно наносить ему удары клинками ножей в жизненно важные органы: шею и в область грудной клетки. При этом М. было нанесено М. не менее 11 ударов, а Х. - не менее 7 ударов. Услышав крики М., Ч. вышел из игрового клуба на улицу и подошел к месту, где Х. и М. наносили удары М. Видя, что М. еще жив, опасаясь, что он
воспрепятствует завладению деньгами игрового клуба, М. предложил Ч. добить М. и передал Ч. нож. Ч., действуя по заранее достигнутой договоренности с М. и Х., с целью причинения смерти М. клинком ножа, используемого в качестве оружия, умышленно нанес не менее 2 ударов в область грудной клетки лежащему на земле М., который после этого перестал подавать признаки жизни.

Совместными действиями Ч., Х. и М., М. были причинены: 20 колото-резаных ран шеи, туловища спереди и сзади, правого плеча, которые относятся к категории тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни. Смерть охранника М. наступила на месте происшествия от острого малокровия внутренних органов на почве множественных колото-резанных ран шеи, туловища и правого плеча с повреждением органов груди и шеи.

Совершив убийство М., действуя по заранее намеченному плану, Х. и Ч., с целью реализации имевшегося умысла на хищение денег, зашли в помещение игрового клуба ООО “П.“, где, осознав тяжесть последствий и общественную опасность совершенного ими преступления, отказались от совершения дальнейших преступных действий, связанных с убийством оператора клуба Л. и завладением денежными средствами, покинули игорный клуб.

В судебном заседании подсудимые виновными себя не признали, пояснив:

- Х., что 19 апреля 2007 года вечером он был в гостях у М., к которому позже пришли Р. и Ч. Около 22 часов он ушел от них, гулял по городу, встретился с Ч., с которым гуляли, заходили в игровые клубы, искали подростка С., затем подошли к игровому клубу “П.“, где Ч. пошел играть в игровые автоматы, а он остался на улице. Вскоре вышел охранник клуба и пошел за металлические ворота, он (Х.) за ним.
У него с охранником за несколько дней до этого была ссора по поводу отказа последним дать ему денег. В этот раз они поругались, была ссора, он (Х.) был вне себя, имевшимся у него ножом он убил охранника, нанеся удары в спину, спереди, а когда тот упал, он добил его. Сколько ударов нанес, затрудняется ответить, так как был в шоковом состоянии, порезал себе руку, у него с мизинца текла кровь. Появившийся Ч. стал возмущаться случившимся, из-за чего он с ним поругался. Нож он выкинул на крышу магазина, после чего с Ч. ушли по домам. Нож он взял в доме М. для самообороны. Признательные показания данные в ходе предварительного следствия он дал в результате морального давления со стороны работников прокуратуры, М. и Ч. он оклеветал.

- Ч., что в ту ночь от М. он ушел в 11 часов 30 минут, встретился с Х., погуляли у сквера, в игровых залах искали С., который ему должен был деньги. Потом зашли в игровой клуб “П.“, где он (Ч.) стал играть на 10 рублей 50 копеек. Охранник в это время вышел. После игры он вышел на улицу, во дворе магазина увидел Х., в руках которого был нож, с руки капала кровь, охранник лежал и не шевелился. На его вопрос о произошедшем, Х. ответил, что это его не касается, это его личное и чтобы он об увиденном никому не рассказывал. После этого они разошлись по домам. Признательные показания, которые он дал в ходе следствия, даны им в результате морального давления со стороны следователя, он просто поддержал все показания
Х.

- М., что участником убийства он не был, так как спал дома. О случившемся узнал днем от других лиц, у Х. спросил о ноже, он ответил, что там на крыше, больше ничего не спрашивал. Признательные показания, данные на следствие, он дал в результате морального давления со стороны следователя. Изъятая в ИВС записка, адресованная Х., написана со слов следователя.

Несмотря на непризнание вины подсудимых их вина в содеянном полностью подтверждается следующими собранными и исследованными в судебном заседании доказательствами:

- показаниями подсудимых М., Х. и Ч., данными ими в ходе предварительного расследования: Ч. и Х. в ходе очной ставки между ними, М. в качестве подозреваемого, всех в качестве обвиняемых, из которых усматривается, что в апреле 2007 года они втроем находились в доме М., зашел разговор о том, что всем нужны деньги. М. предложил совершить ограбление какого-либо игрового клуба, Х. и Ч. согласились. Договорились совершить ограбление в игровом клубе около межрайбазы, так как в указанном месте нет видеокамеры. По их мнению, в клубе вечером должно было храниться от 100 до 150 тысяч рублей. Поговорив, все вместе решили убить охранника и оператора, так как они могли их опознать в силу того, что неоднократно бывали в указанном заведении. 19 апреля 2007 года, около 18 часов они вновь встретились в доме М. и договорились, что ограбление и убийство совершат сегодня ночью, что Ч. зайдет в клуб, вызовет охранника на улицу, а М. и Х. убьют его ножами, затем Х. и Ч. убьют оператора. В доме каждый взял по кухонному ножу. Ножи были из набора с деревянной подставкой, лежали
в кухонном столе, также каждый взял себе по тряпке, чтобы после убийства вытирать кровь с рук и ножей. Ч. и Х. положили ножи во внутренние карманы курток, М. засунул нож в рукав куртки. Около часа во втором они вышли из дома и дошли до клуба. М. остался на улице, а Х. и Ч. зашли в клуб, потом вышли и сказали, что в зале есть посетители и решили придти позже. Погуляв по улицам, они вновь подошли к клубу и как договаривались, Ч. зашел в клуб, сказал охраннику, что к нему пришли и попросил его выйти. Охранник вышел из клуба на улицу. Х. и М. предложили ему пройти во двор под предлогом поговорить. Зайдя с охранником во двор, пройдя металлические ворота, М. ударил охранника ножом в спину раза три, а Х. раза два ножом ниже груди. Когда охранник упал, они стали наносить ему удары ножами в область грудной клетки, М. нанес не более семи ударов, Х. ударов пять. Охранник стал кричать, Х. одной рукой закрывал ему рот, второй рукой наносил удары. Охранник при этом отбивался руками и ногами. Потом Х. сказал М., что порезался, после чего оба отошли от охранника. Они вышли за металлическое ворота, в это время из клуба вышел Ч., услышав мужской крик с улицы. М. отдал ему нож и сказал, что охранника надо добить. (в этой части М. показывал, что это сказал Ч. и нож взял у него). Ч. подошел к лежащему охраннику, ударил его два раза - в область живота и чуть выше. В это время М. нож
Х. выкинул на козырек крыши магазина. (в этой части показания М.). После этого они отошли от клуба к магазину “К.“, где Ч. перевязал Х. палец, который тот порезал, нанося удары ножом охраннику и стали обсуждать, что делать дальше. М. стал им говорить, что дело надо доделать. (в этой части показания Х и Ч). Решившись пойти и совершить убийство оператора, М. отдал Ч. свой нож. Х. с Ч. зашли в игровой клуб, увидели, что оператор И. спит. Переговорив между собой, они решили, что не смогут убить ее, после чего подошли к ожидавшему их М. и сообщили, что убийство оператора совершать не будут, согласившись с этим, все разошлись по домам. По дороге Ч. и Х. остановили сотрудники милиции, один из которых был знакомым Х. Они им пояснили, что провожали девушек. Из показаний М. - свой нож он помыл и вместе с ножом, который был у Ч., положил дома на кухонный стол, а утром оба ножа выкинул в сторону угольного склада. Во время нанесения ударов ножом охраннику он порезал себе большой палец на левой руке;

- свои показания обвиняемые Х. и Ч. подтвердили в ходе проверки показаний на месте: подробно пояснили и показали при каких обстоятельствах они и М. совершили убийство охранника игрового клуба М., продемонстрировав при этом механизм нанесения ножевых ранений.

Признавая показания подсудимых допустимыми доказательствами по делу и оценивая их как достоверные, суд исходит из того, что они в части описания деяний, совершенных каждым подсудимым, и направленности их умысла существенных противоречий не содержат. Об объективности этой части показаний подсудимых свидетельствует и то, что
они полностью согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами:

- протоколом осмотра места происшествия от 20 апреля 2007 г., из которого следует, что около игрового клуба ООО “П.“, расположенного на ул. В. г. С. был обнаружен труп М. с множественными колото-резаными ранениями. Труп находился во дворе, огороженном со стороны клуба металлическими воротами. Труп лежал головой к клубу, параллельно воротам, преимущественно на спине, частично на левом боку. В ходе осмотра местности около кафе “П.“, расположенного рядом с клубом, был обнаружен фрагмент материала бело-зеленого цвета со следами вещества бурого цвета.

- заключением судебно-медицинской экспертизы N 198, из которого следует, что смерть М. наступила от острого малокровия внутренних органов на почве множественных колото-резаных ран шеи, туловища и правого плеча с повреждением органов груди и шеи. Смерть могла наступить 20.04.2007 около 4 часов. На трупе М. обнаружены 20 прижизненных колото-резаных ран шеи, туловища спереди и сзади, правого плеча, а именно проникающая с повреждением верхушки правого легкого, проникающая с повреждением хрящевой части третьего ребра справа и сердца, проникающая с повреждением второго ребра справа и средостения, проникающая с повреждением второго ребра и правого легкого, две проникающие с повреждением верхней доли правого легкого, непроникающая в грудную полость, проникающая с повреждением 8-го ребра справа, диафрагмы, печени, непроникающая, раневой канал которой оканчивался над внутренним краем правой лопатки, проникающая с повреждением легкого, непроникающая, раневой канал которой оканчивался над позвоночником, две проникающие с повреждением левого легкого, непроникающая, раневой канал которой оканчивался над позвоночником, проникающая с повреждением левой почки, непроникающая на правом плече сзади, две непроникающие в верхнем отделе позвоночника спереди, непроникающая, раневой канал которой оканчивался в мягких тканях шеи, которые относятся к категории тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни. Большинство ран на теле пострадавшего и повреждения на одежде имели один конец острый, другой овальный или П-образный. Это свидетельствует о том, что клинок колюще-режущего предмета имел одно лезвие, ширина клинка не более 4 см. Раневые каналы имели длину от 0,5 до 17 см. Часть телесных повреждений была нанесена, когда потерпевший и нападающий находились лицом друг к другу, а другая часть наносилась, когда нападающий был сзади пострадавшего. На правой половине лица и ладонного возвышения первого пальца левой кисти обнаружены соответственно одна и две царапины, которые могут быть следами самообороны. Эти телесные повреждения могли возникнуть от скользящего воздействия лезвия клинка, либо от касательного удара указанными частями тела о лезвие колюще-режущего предмета;

- показаниями потерпевшей М., которая пояснила, что М. являлся ее сыном. Он работал в ЧОП “К.“, охранником. 19 апреля 2007 г. сын ушел из дома на работу в форменной одежде охранника и больше не вернулся. О случившемся с ее сыном она узнала от сотрудников милиции.

- показаниями свидетеля Л., оператора игрового клуба ООО “П.“, которая пояснила, что в ночь с 19 на 20 апреля 2007 г. она находилась на дежурстве с охранником М., который был одет в форму сотрудника охраны. Вначале первого часа ночи заходили Ч. и Х. Посетителей было немного. Один из них - С.К., таксист, ушел из клуба около 2 часов 30 минут. После этого она легла спать. Около 4 часов ее разбудил В. из ЧОП “К.“ и сообщил о том, что охранник игрового клуба лежит на улице. Выйдя на улицу и зайдя за металлическое ворота, она увидела, что М. лежит на спине. М. часто приходил в их клуб и играл в игровые автоматы. Денежные средства хранили в игровом автомате, первом от стола оператора, который неоднократно открывали при посетителях. Выручку вечером они отдавали, в клубе оставляли только 5 - 10 тысяч рублей.

- оглашенными показаниями свидетеля К., из которых усматривается, что в ночь с 19 на 20 апреля 2007 года он играл в игровом клубе, там были оператор И. и охранник из “К“. Он был увлечен игрой, на посетителей не смотрел. Обратил внимание на двух молодых ребят, невысокого роста, лет по 20 - 25, которые часто заходили в клуб. Один раз, они просто зашли в помещение и вышли, потом несколько раз заглядывали в дверь, откроют дверь, заглянут и опять ее закроют. Ушел он из клуба где-то около 2 часов 30 минут. И. спала, охранник оставался в помещении.

Показаниями свидетеля В., о том, что в ночь с 19 на 20 апреля 2007 г. он являлся ответственным из руководства ООО ОП “К“. Около 4 часов 20 апреля 2007 г. он приехал с проверкой в игровой клуб ООО “П.“, где дежурил охранник М. В помещении игрового клуба он охранника не застал, оператор спала. Выйдя из игрового клуба на улицу, он прошел за металлические ворота и увидел лежавшего на земле мертвого М., у которого одежда и лицо были в крови. М. в силу своих функциональных обязанностей обязан был следить за общественным порядком, отразить нападение;

- показаниями свидетелей К. и Л., которые показали, что в ночь с 19 на 20 апреля 2007 г. они находились на маршруте патрулирования. В 3 часа 40 минут 20 апреля 2007 г. около привокзального рынка они заметили двух молодых ребят, остановили их. Ребята пояснили, что провожали девушек. С одним из них - Х. К. был знаком, и они их отпустили. Время быстрым шагом от ул. В., где располагается игровой клуб ООО “П.“, до места, где они встретили двух молодых ребят, занимает 5 минут;

- показаниями и частично оглашенными показаниями свидетеля Л., матери Х., которая пояснила, что сын живет в отдельной квартире, утром 20 апреля 2007 г. он пришел к ней около 7 часов, на нем были одеты “олимпийка“ красного цвета, спортивные штаны черного цвета. Где-то в обеденное время она увидела, что у него порезан мизинец на левой руке, но не обратила на это особого внимания;

- показаниями свидетеля Б., которая пояснила, что ее внук Ч. 19 апреля 2007 г. вечером ушел из дома. Дверь входную она запирает на замок, Ч. ночью не ночевал. Пришел он на рассвете. Одет был в куртку черного цвета, свитер бежевого цвета, джинсы черного цвета, кроссовки;

- показаниями свидетеля Р., о том, что она проживала совместно с М. в его доме. 19 апреля 2007 г. к М. пришли его друзья Ч. и Х.М., Ч., Х. сначала сидели на кухне, а потом в зале смотрели телевизор. Она легла спать, М. лег с ней. Потом она уснула, проснулась около 11 часов следующего дня. Ножи с коричнево-черной рукояткой в доме М. были, они были с деревянной подставкой, но лежали в кухонном столе. О случившемся в ту ночь она знает от работников милиции.

Вина подсудимых подтверждается также материалами дела:

- договором о возмездном оказании услуг от 01.02.2006, согласно которому ООО “К.“ и ООО “П.“ заключили договор о возмездном оказании услуг, при этом ООО “К.“ приняло на себя обязанности по охране имущества и общественного порядка на территории ООО “П.“;

- должностной инструкцией диспетчера ООО “К.“, согласно п. 4 которой при нападении на охраняемый объект с целью ограбления или совершении других действий, представляющих угрозу жизни и здоровью людей и сохранности материальных ценностей и денежных средств, диспетчер обязан отразить всеми имеющимися средствами нападение на охраняемый объект;

- актом о расследовании несчастного случая от 17.05.2007, согласно которому, М. являлся диспетчером ООО “К.“, в обязанности М. входила организация соблюдения общественного порядка в зале игровых автоматов;

- заключением судебно-медицинской экспертизы N 119, из которого следует, что у Х. имелось по одной резаной ране на ладонной поверхности 1-го и 5-го пальцев правой кисти. Эти телесные повреждения могли возникнуть 20.04.2007 около 4 часов от воздействия колюще-режущим предметов, в том числе лезвием ножа, возможно при соскальзывании руки с рукоятки ножа на лезвие в момент нанесения ударов другому человеку;

- заключением судебно-медицинской экспертизы N 117, из которого следует, что у М. имелась поверхностная резаная рана на ладонной поверхности первого пальца левой кисти. Это телесное повреждение могло возникнуть около 4 часов от воздействия колюще-режущим предметом, в том числе лезвием ножа, возможно при соскальзывании руки с рукоятки ножа на лезвие в момент нанесения ударов другому человеку;

- заключением судебно-биологической экспертизы N 369, из которого следует, что на фрагменте ткани, изъятой в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от Х. и от М.;

- протоколом обыска в квартире по месту проживания М., из которого следует, что изъяты: кухонный нож, деревянная подставка, картонная коробка;

- протоколом осмотра местности от 22.04.2007 с участием М., согласно которому на козырьке крыши магазина “С.“ обнаружен и изъят кухонный нож;

- заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы N 34/198-07, из которого следует, что большая часть колото-резаных ран на трупе М. могла возникнуть от воздействия ножа, изъятого в ходе осмотра местности 22.04.2007. На трупе обнаружены раны, имеющие раневые каналы более 11,5 см, которые возникли от воздействия другого ножа или ножей с длиной клинка более 11,5 см;

- заключением судебно-биологической экспертизы N 431, из которого следует, что на ноже, изъятом в ходе осмотра местности с участием М., обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от М.;

- заключением криминалистической экспертизы N 260, из которого следует, что нож, изъятый в ходе осмотра местности с участием М., и нож, изъятый в квартире, в котором проживал М., являются ножами из одного набора. Среди отсутствующих ножей в этом наборе имелся нож, имевший длину около 318 мм, длину клинка около 200 мм, ширину в средней части около 35 мм;

- протоколом выемки из С. отделения БСМЭ г. Рязани об изъятии куртки черного цвета, носков черного цвета, туфлей черного цвета, куртки черного цвета с надписью “Охрана“, принадлежавшие М.;

- заключением криминалистической экспертизы, из которого следует, что на куртках, принадлежавших М., имеются механические повреждения, которые относятся к колотым и колото-резаным и могли образоваться от твердого металлического предмета типа клинка ножа с двусторонней заточкой. Данные повреждения могли быть причинены ножом, изъятым в ходе осмотра местности с участием М.;

- заключением дополнительной криминалистической экспертизы, из которого следует, что на куртках, принадлежавших М., имеются колотые и колото-резаные повреждения, которые могли быть образованы клинком ножа, имеющим ширину клинка не более 55 мм;

- протоколом выемки спортивной кофты и спортивных брюк, принадлежащие Х., изъятых у его матери Л.;

- заключением судебно-биологической экспертизы N 371, из которого следует, что на спортивной кофте и спортивных брюках Х. обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от Х., М. На спортивной кофте обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от М.;

- протоколом выемки у Х. куртки, кофты, пары туфлей и джинсов, в которых он находился в момент совершения преступления;

- заключением судебно-биологической экспертизы N 372, из которого следует, что на кофте, принадлежащей Х., обнаружена кровь человека, которая могла происходить как от Х., так и от М. На куртке принадлежащей Х. обнаружены следы крови, видовая принадлежность которой не установлена;

- протоколом выемки у М. брюк, куртки, пары туфель, в которых он находился в момент совершения преступления;

- заключением судебно-биологической экспертизы, из которого следует, что на брюках, принадлежащих М., обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от М. и от Х. На куртке и правой туфле, принадлежащих М., обнаружены следы крови, принадлежность которой не установлена из-за незначительного ее количества;

- заключением криминалистической экспертизы, из которого следует, что на поверхности подкладки правого рукава куртки М., имеется 8 колото-резаных повреждений, которые могли быть образованы каким-либо острым и твердым металлическим предметом, в том числе и острием ножа;

- протоколом выемки у Ч. свитера, куртки, джинсов и пары кроссовок, в которых он находился в момент совершения преступления;

- заключением судебно-биологической экспертизы N 368, из которого следует, что на изнаночной поверхности левого рукава свитера Ч., обнаружены следы крови человека;

- протоколом выемки у заместителя начальника ИВС С РОВД Н. об изъятии тетрадного листа с записью М., адресованный Х., в которой он просит последнего изменить показания в том, что он (М.) не убивал охранника. При дополнительном допросе в качестве обвиняемого М. пояснил, что данная записка на тетрадном листе выполнена им и адресована Х.;

- протоколом осмотра предметов игровых автоматов в игровом клубе ООО “П.“, расположенного на ул. В. г. С., из которого следует, что системное время автомата с игрой “CRAZY MONKEY“ или “Бешеные обезьянки“ отстает от реального времени на 16 минут. На данном автомате осуществлялась игра, в 3 часа 4 минуты на 10 рублей, в 3 часа 20 минут на 50 рублей;

- протоколом осмотра предметов, признанных вещественными доказательствами;

- заключениями амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, из которых следует, что М., Х., Ч. никакими психическими расстройствами, лишавшими их в момент совершения инкриминируемых им деяний и лишающими их в настоящее время способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, не страдали и не страдают. В применении к ним принудительных мер медицинского характера не нуждаются.

Все приведенные выше доказательства в своей совокупности и взаимосвязи подтверждают вину каждого подсудимого в разбойном нападении на охранника с применением насилия с целью хищения денег игрового клуба и лишении жизни этого охранника, а также истинность показаний подсудимых, данных на предварительном следствии об обстоятельствах совершения преступления.

К показаниям подсудимых в судебном заседании относительно непризнания вины в содеянном, суд относится критически, поскольку они противоречат собранным по делу доказательствам, в частности их же собственным признательным показаниям, данным на предварительном следствии. Их неоднократные показания стабильны, конкретны, достаточно подробны, в целом согласуются с другими доказательствами и подтверждаются ими, в большей части совпадают с показаниями друг друга, в том числе по моменту возникновения умысла и конкретным действиям каждого, последовательности нанесения ударов ножом, действиям после совершения преступления. Оснований оговаривать друг друга не имеется, поскольку между подсудимыми имелись дружеские отношения. Признательные показания подсудимых Х., Ч. подтверждены ими с выходом на место преступления в ходе проверки показаний на месте с производством видеосъемки, а также подтверждены на очных ставках друг с другом.

Доводы подсудимых о том, что вышеуказанные показания они давали вынужденно в результате физического и психического давления со стороны работников милиции и следователя, судом проверялись и признаны несостоятельными. Из материалов дела видно, что все показания они давали при условии разъяснения им процессуальных прав, положения ст. 51 Конституции РФ, подписывали протоколы допросов, показаний проверки на месте, очной ставки без замечаний, в присутствии защитников и последующий отказ от данных показаний не влечет за собой признание их недопустимыми доказательствами. При производстве следственных действий подсудимым разъяснялось их право отказаться от дачи показаний, которым обвиняемые с самого начала не воспользовались. Подсудимые о примененном к ним насилии заявили только в судебном заседании, по этому факту ранее с жалобой к прокурору не обращались, не согласовывали в этой части свою позицию с защитниками. Подсудимый Х. после оглашения его признательных показаний подтвердил, что это его показания, а на вопрос государственного обвинителя об их правдивости, пояснил, что отвечать не будет, при этом ни о каком давлении на него не говорил.

Несостоятельность доводов подсудимых опровергается и материалами дела в той части, что при избрании меры пресечения, продлениях в суде срока содержания под стражей, они не заявляли о процессуальных нарушениях производства предварительного расследования, соглашались с избранием такой меры пресечения. В ходе судебного заседания по факту применения к подсудимым недозволенных методов ведения следствия на основании сообщения судьи, проводились проверки, в возбуждении уголовного дела было отказано.

Несостоятельность доводов о якобы примененном насилии подтверждается также и тем, что в ходе признательных показаний подсудимые указывали на такие обстоятельства совершенного преступления, которые не были и не могли быть известны предварительному следствию: факт распределения ролей между ними как в момент возникновения умысла, так и в момент совершения преступления, место взятия орудия преступления - ножей, факт взятия с собой лоскутов ткани для обтирания крови с рук и ножей, которые были в последующем обнаружены на месте совершения преступления, последовательность действий каждого при совершении разбойного нападения, место совершения лишения жизни потерпевшего, причины и факт пореза пальца Х. и М. обнаружение ножа на крыше магазина, который выбросил М.

Признательные показания подсудимых объективно подтверждаются и материалами дела, показаниями свидетелей, поэтому суд считает их правдивыми и допустимыми доказательствами. Так факт того, что подсудимые дожидались ухода посетителей из игрового клуба для осуществления своих преступных намерений, подтверждается показаниями оператора клуба Л. о том, что она видела, как Ч. и Х. в начале первого ночи заходили в клуб. Это же усматривается и из показаний свидетеля К. Заключение судебно-медицинской экспертизы о наличии у М. ранения на кисти руки и время его образования - подтверждает показания М. о факте пореза у него первого пальца левой кисти во время нанесения им ударов ножом охраннику. Обнаружение ножа на козырьке крыши магазина, изъятого в ходе осмотра местности, которым согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы М. были причинены большая часть колото-резаных ран, подтверждает также показания подсудимого М. о его причастности и правдивости показаний о совершенном преступлении. К тому же, местонахождение указанного ножа не было известно никому, кроме самого М., забросившего нож на крышу. Вышеизложенное подтверждается также заключениями судебно-биологических экспертиз о наличии крови на фрагменте ткани, обнаруженной на месте происшествия, на кофте Х., на спортивной кофте и брюках Х., на брюках М., которая не исключается в том числе от М. Показания М. о том, что свой нож он положил в рукав куртки, когда все пошли из его дома в игровой клуб, подтверждается заключением криминалистической экспертизы о наличии на поверхности подкладки правого рукава куртки 8 колото-резанных повреждений. Наличие крови человека на изнаночной поверхности левого рукава свитера Ч., подтвержденное выводами судебно-би“логической экспертизы, подтверждает показания подсудимого Ч. о нанесении им ударов ножом потерпевшему. Происхождение данной крови Ч. никак не объясняет.

Изменение же показаний подсудимыми суд считает желанием ввести суд в заблуждение и уйти от ответственности за действительно содеянное. Об этом свидетельствует также и записка М.Х., написанная в ИВС с просьбой взять всю ответственность за содеянное одним Х.

В силу изложенного доводы стороны защиты о непричастности подсудимых Ч. и М. в совершении инкриминируемых им преступлений, совершение убийства потерпевшего одним Х. на почве личных неприязненных отношений, суд считает голословными и несостоятельными, не подкрепленными никакими доказательствами.

Исследовав все доказательства и оценив их в совокупности, суд считает вину М., Х. и Ч. в совершении разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также в совершении убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, группой лиц по предварительному сговору, лица в связи с осуществлением им служебной деятельности, сопряженного с разбоем полностью доказанной.

Давая юридическую оценку действиям подсудимых, суд квалифицирует действия каждого подсудимого по п. “в“ ч. 4 ст. 162 УК РФ, по квалифицирующим признакам: “группой лиц по предварительному сговору“, “с применением предмета, используемого в качестве оружия“, “с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего“, и по п. “б, ж, з“ ч. 2 ст. 105 УК РФ, по квалифицирующим признакам: “совершенное группой лиц по предварительному сговору“, “лица в связи с осуществлением им служебной деятельности“, “сопряженное с разбоем“.

Давая правовую оценку действиям подсудимых, суд исходит из установленных приведенных выше доказательствами обстоятельств дела, согласно которым подсудимые предварительно договорились на совершение нападения на охранника и оператора игрового клуба “П.“ с применением к ним насилия: лишения их жизни с целью завладения деньгами, находящимися в игровом клубе. Как установлено все подсудимые действовали с прямым умыслом на убийство потерпевшего М. и оператора игрового клуба “П.“ и хищение денежных средств этого клуба, который как установлено из их признательных показаний, возник за несколько дней и накануне вечером, была определена очередность убийства, определено оружие преступления, каждый непосредственно совершал для достижения этих целей необходимые действия, которые окончились причинением потерпевшему тяжкого вреда здоровью, повлекшим смерть М. Убийство было сопряжено с разбойным нападением, так как мотивом данного преступления было желание подсудимых с применением насилия в процессе нападения завладеть имуществом игрового клуба, то есть все подсудимые совершили два преступления в рамках идеальной совокупности преступлений, поэтому убийство и разбой не могут рассматриваться в разрыве друг от друга. Последующий отказ от дальнейших преступных действий, связанных с убийством оператора клуба и в частности завладения деньгами клуба, тем не менее образует состав разбоя, поскольку разбой признается оконченным с момента нападения и применения насилия или угрозы независимо от того, удалось преступнику завладеть имуществом или нет. В данном случае налицо все элементы состава разбоя и отказ от уже завершенного преступления невозможен, стадии приготовления к преступлению и покушения на преступления пройдены.

Действия подсудимых были внезапными для потерпевшего, носили агрессивный характер, были соединены с насилием, с причинением тяжкого вреда здоровью и с применением в качестве оружия ножей. В результате нападения был причинен тяжкий вред здоровью потерпевшего, от которого наступила его смерть. Об умысле лишить его жизни свидетельствуют также, сам характер множественных, не совместимых с жизнью телесных повреждений, способ их причинения, нанесение каждым из подсудимых ударов в жизненно важную часть тела потерпевшего, применение для этого заранее приготовленных предметов - ножей. Как установлено, потерпевшему были причинены 20 колото-резаных ран шеи, туловища спереди и сзади, правого плеча. Из показаний подсудимых: вначале М. нанес потерпевшему три удара ножом в спину, Х. раза два ниже груди, а когда охранник упал, они стали наносить ему удары ножами в область грудной клетки, М. нанес не более семи ударов, Х. ударов пять, подошедший Ч. ударил его два раза - в область живота и чуть выше, то есть подсудимые осознавали, что их действия могут повлечь лишение жизни потерпевшего, предвидели возможность наступления смерти М. и желали этого.

Действия всех подсудимых носили согласованный, последовательный характер, что вытекает из следующего: Ч. просит потерпевшего выйти из игрового зала на улицу и поговорить с вызывавшими его парнями, а когда тот выходит, М. и Х. просят его пройти за металлические ворота, сопровождают его и в укромном месте наносят удары ножами охраннику, не останавливаются и тогда, когда последний упал, подошедший Ч. продолжает нанесение ударов ножом после преступных действий М. и Х., когда последние отошли от потерпевшего, а последний был еще жив, то есть каждый из них был осведомлен о роли другого соучастника и выполнял свою часть объективной стороны противоправных действий, и в результате их совместных и согласованных действий наступила смерть потерпевшего, что в свою очередь свидетельствует о совершении убийства и разбоя группой лиц по предварительному сговору.

Как установлено в судебном заседании потерпевший М. в игровом клубе осуществлял служебную деятельность, которая входила в круг его обязанностей, вытекающей из трудового договора с ООО “К.“. Совершая разбойное нападение и убийство, все подсудимые сознавали, что совершают убийство потерпевшего М. в связи с выполнением им своего служебного долга, поскольку знали, что в ночное время в клубе находится помимо оператора и охранник, одетый в специальную форму, который обеспечивает охрану и порядок в клубе и поэтому в силу своих функциональных обязанностей может помешать им в похищении денег из игрового клуба, то есть его деятельность явилась поводом к его убийству.

Суд исключает из обвинения подсудимым суждение о том, что М. просил о помощи, когда упал от ударов ножом, что Ч. видел, как тот оказывает активное сопротивление, что во время нанесения ударов Ч., Х. удерживал М., прижимая руками к земле, а также Ч. прекратил свой действия, когда М. перестал подавать признаки жизни. В судебном заседании из признательных показаний подсудимых данные обстоятельства не усматриваются, других же доказательств следствием не представлено. Установлено, что М. во время нанесения ему ударов ножом просто кричал, Ч. видел его лежащим на земле, изо рта шла кровь, охранник хрипел, то есть в этот момент сопротивления не оказывал. Во время нанесения Ч. ударов ножом М., как следует из показаний Ч., Х. сидел на корточках рядом с охранником, с его правой стороны, положив руки ему на голову. Однако данные действия Х. не конкретизированы, не установлено, удерживал тот потерпевшего или просто положил руки на голову, к тому же данные обстоятельства не усматриваются из показаний подсудимых Х. и М. Далее, из показаний подсудимых усматривается, что Ч. нанес не менее двух ударов М. и отошел, не определяя перестал ли подавать признаки жизни последний. Вышеуказанные исключения из обвинения не влияют на правовую оценку содеянного подсудимыми.

Учитывая выводы судебно-психиатрических экспертиз в отношении подсудимых, признанных вменяемыми, их поведение в судебном заседании, а также принимая во внимание все обстоятельства дела, суд находит подсудимых М., Х. и Ч. вменяемыми в отношении совершенного ими деяния и подлежащими уголовной ответственности. В связи с этим они подлежат наказанию за совершенные преступления.

При назначении наказания, суд учитывает обстоятельства совершенного преступления, характер и степень общественной опасности, тяжесть содеянного каждым подсудимым, данные о личности, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

По месту жительства все подсудимые характеризуются положительно. У подсудимого Х. смягчающим обстоятельством суд признает изобличение других соучастников преступления в соответствии с п. “и“ ч. 1 ст. 61 УК РФ, когда он в ходе проведения очной ставки с подсудимым Ч. указал на причастность подсудимого М. к совершенному разбою и убийству охранника игрового клуба, что судом учитывается при назначении наказания и является основанием для применения к нему условий ст. 62 УК РФ. Условия ч. 2 ст. 62 УК РФ в соответствии со сроком действия и ст. 10 УК РФ суд в данном случае не применяет. У подсудимых Ч. и М. смягчающими обстоятельствами суд признает способствование раскрытию преступления во время дачи ими признательных показаний, в том числе и у подсудимого Х., данных ими в ходе предварительного расследования, указанных выше.

Имеющиеся в материалах дела явки с повинной подсудимых, суд не может расценивать как явка с повинной, поскольку они сторонами в судебном заседании не представлялись как доказательства, также свое участие в совершении преступления подозреваемые подтвердили не добровольно, а под определенным принуждением и давлением имеющихся и известных улик: когда уголовное дело было уже возбуждено, подсудимые в разное время доставлены в органы следствия, были допрошены свидетели-милиционеры ППС, видевшие в ту ночь подсудимых Х. и Ч. возвращающихся домой после совершения преступления, когда в домах М. и Ч. в их присутствии были проведены обыски на предмет отыскания следов преступления, а между Ч. и Х. проведена очная ставка, то есть когда органы следствия располагали сведениями о преступлении и задержанным было известно об этом. Подтверждение же подсудимыми факта участия в совершении преступления, изложенных каждым письменно в виде явке с повинной согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ признается судом в качестве иного смягчающего наказание обстоятельства, поскольку каждый в них изобличает другого, а М. - других участников преступления. Доводы же подсудимых о недействительности данных сообщений ввиду того, что они были даны под принуждением со стороны органов следствия, судом проверялись и не нашли своего подтверждения, основания Ф.И.О. изложенным выше при оценке признательных показаний подсудимых.

При назначении наказания подсудимым Ч. и М., оснований для применения условий ст. 62 и ст. 64 УК РФ судом не установлено, как и ст. 64 УК РФ к подсудимому Х.

Обстоятельств, отягчающих наказание каждому подсудимому, не имеется.

Учитывая изложенное, тяжесть содеянного, что все подсудимые представляют большую общественную опасность для общества, суд считает, что достижение социальной справедливости и исправление подсудимых М., Х. и Ч. возможно лишь в изоляции от общества. Суд учитывает более активную роль в совершении преступления подсудимого М., являющегося инициатором преступления.

Учитывая материальное положение подсудимых, суд считает не применять дополнительное наказание в виде штрафа по разбою.

Меру пресечения всем подсудимым с учетом особой опасности совершенных ими преступлений и необходимостью отбывания ими наказания в виде лишения свободы суд считает необходимым оставить прежней - заключение под стражу.

Рассматривая гражданский иск М., матери потерпевшего к Ч., М., Х. о взыскании компенсации морального вреда с каждого в сумме по 100 тыс. рублей, суд считает возможным удовлетворить исковые требования в полном объеме на основании ст. 151 и ст. 1064 ГК РФ и принимая во внимание степень вины каждого подсудимого в нравственных страданиях М., являющейся пенсионеркой, потерявшей сына, а также исходя из принципа разумности и справедливости.

Вещественные доказательства по уголовному делу, изъятые в ходе осмотров места происшествия и местности, одежда подсудимых и потерпевшего, как непригодные по назначению - уничтожить, тетрадный лист с рукописным текстом - хранить при деле.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308, 309, 310 УПК РФ суд,

приговорил:

М., Х., Ч. признать виновными в совершении преступлений, предусмотренных п. “в“ ч. 4 ст. 162 и п. “б“, “ж“, “з“ ч. 2 ст. 105 УК РФ и назначить им наказание в виде лишения свободы сроком:

М. - по п. “в“ ч. 4 ст. 162 УК РФ - на 10 лет без штрафа, - по п. “б“, “ж“, “з“ ч. 2 ст. 105 УК РФ - на 16 лет 6 месяцев.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначить окончательное наказание в виде лишения свободы сроком 17 лет без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Х. - по п. “в“ ч. 4 ст. 162 УК РФ - с применением ст. 62 УК РФ на 9 лет без штрафа, - по п. “б“, “ж“, “з“ ч. 2 ст. 105 УК РФ - с применением ст. 62 УК РФ на 15 лет.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначить окончательное наказание в виде лишения свободы сроком 15 лет 6 месяцев без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Ч. - по п. “в“ ч. 4 ст. 162 УК РФ - на 9 лет без штрафа, - по п. “б“, “ж“, “з“ ч. 2 ст. 105 УК РФ - на 16 лет.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначить окончательное наказание в виде лишения свободы сроком 16 лет 6 месяцев без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения М., Х. и Ч. оставить прежней - заключение под стражу до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания Х. исчислять с 20 апреля 2007 года, М. и Ч. - с 21 апреля 2007 года, то есть всем с момента задержания каждого в порядке ст. 91 УПК РФ.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- фрагмент ткани, окурки от сигарет “Ява золотая“, “Вест лайт“, “Ява“, “Винстон“, марлевый тампон со смывом пятна вещества бурого цвета, изъятые в ходе осмотра места происшествия - уничтожить, как не представляющие ценности;

- кухонный нож, изъятый в ходе осмотра местности 22.04.2007; спортивная кофта и брюки, принадлежащие Х., кофта, джинсы, куртка, пара туфель, принадлежащие Х.; двое брюк, куртка, пара туфель, принадлежащие М.; картонная коробка, деревянная подставка для ножей, кухонный нож, изъятые в квартире М.; свитер, джинсы, куртка, пара кроссовок, принадлежащие Ч.; куртка, носки, пара туфель, куртка черного цвета с надписью “Охрана“, принадлежавшие М. - уничтожить, как непригодные для использования;

- тетрадный лист с рукописным текстом - оставить при деле.

Две видеокассеты с записями проверки показаний на месте с обвиняемыми Х. и Ч. - передать по принадлежности в С. межрайонный следственный отдел следственного управления при прокуратуре РФ по Рязанской области.

Паспорта на имя М., Х. и Ч., а также военный билет на имя Х. - направить в СИЗО-1 г. Рязани для приобщения к личным делам осужденных.

Гражданский иск М. к М. и Х. и Ч. о взыскании морального вреда удовлетворить в полном объеме.

Взыскать в возмещение морального вреда в пользу М. с М., Х., Ч. по 100 тысяч рублей с каждого.

Приговор может быть обжалован в Верховный суд РФ в течение 10 суток с момента провозглашения, а осужденными в тот же срок с момента получения копии приговора через Рязанский областной суд. В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.