Решения и определения судов

Определение Новосибирского областного суда от 30.09.2009 N 22-4824/2009 Дело по обвинению в покушении на незаконный сбыт наркотических средств и приготовлении к незаконному сбыту наркотических средств направлено на новое рассмотрение в связи с тем, что суд, вынося обвинительный приговор, отверг показания осужденного, не устранил возникшие противоречия в показаниях и представленных доказательствах, не дал оценки всем исследованным в судебном заседании доказательствам.

НОВОСИБИРСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 30 сентября 2009 г. по делу N 22-4824/2009

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Золотаревой С.В.,

судей Карловой И.Б., Юдинцева А.В.,

при секретаре Плуте С.А.

рассмотрела в судебном заседании от 30 сентября 2009 года кассационное представление заместителя прокурора Кировского района г. Новосибирска Старостенко Е.В., кассационные жалобы осужденного Б., адвоката Шаболтаевой
Е.И. на приговор Кировского районного суда г. Новосибирска от 16 июня 2009 года, которым

Б., осужден по ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 1 УК РФ к 5 годам лишения свободы; по ст. 30 ч. 1, ст. 228.1 ч. 2 п. “б“ УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначено 5 лет 7 месяцев лишения свободы без штрафа. В соответствии со ст. ст. 79 ч. 7, 70 УК РФ условно-досрочное освобождение по приговору от 30 июля 2002 года отменено, не отбытое наказание присоединено частично и окончательно по совокупности приговоров назначено 7 лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима. Срок наказания исчислен с 15 марта 2008 года.

Б. признан виновным и осужден за совершение 14 марта 2008 года в Кировском районе г. Новосибирска следующих умышленных преступлений:

1) покушения на незаконный сбыт наркотических средств (героин массой не менее 0,144 гр.);

2) приготовления к незаконному сбыту наркотических средств (героин массой не менее 1,682 гр.), в крупном размере.

В судебном заседании подсудимый Б. виновным себя признал частично.

Заслушав доклад судьи областного суда Золотаревой СВ., объяснения осужденного Б. и адвоката Шаболтаевой Е.И., поддержавших доводы своих кассационных жалоб, мнение прокурора Полуэктовой М.Б., поддержавшей доводы кассационного представления, судебная коллегия,

установила:

в кассационном представлении (с учетом изменений, внесенных автором) заместитель прокурора Кировского района г. Новосибирска С. просит приговор суда отменить ввиду нарушения судом требований уголовно-процессуального закона, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда.

Как указывает автор представления, суд, признав Б.
виновным в совершении двух преступлений, не опроверг его доводы в свою защиту, не устранил возникшие противоречия, не опроверг доводы Б., страдающего наркотической зависимостью о том, что изъятое у него наркотическое средство предназначалось для личного употребления;

не привел в приговоре и не дал оценки исследованному в судебном заседании заключению сравнительной экспертизы о том, что сверток фольги с наркотическим средством, выданным закупщиком К., и два свертка из фольги, изъятые у Б., неидентичны и ранее не составляли единое целое;

не проверил доводы Б. о применении в отношении его оперативниками Р. и М. противоправных методов при проведении ОРМ “Проверочная закупка“, а также утверждения осужденного об обращении в вышестоящие инстанции с жалобами на действия сотрудников Кировского РУВД.

В кассационной жалобе осужденный Б. просит отменить приговор ввиду незаконности, полагает, что при постановлении приговора были грубо нарушены требования Конституции РФ и УПК РФ, что стало причиной ущемления его прав.

Не признавая вину по 1-му эпизоду обвинения, осужденный указывает что, сотрудники милиции в нарушение требований закона об ОРД и УПК РФ сфабриковали обвинение по указанному эпизоду, поскольку в основе обвинения лишь показания свидетелей, которые его оговаривают, сотрудничают с сотрудниками милиции, а потому являются заинтересованными в исходе дела лицами.

По мнению осужденного, взяв за основу обвинения показания свидетелей, которые не соответствуют действительности, не устранив существенные противоречия в них, суд в одностороннем порядке рассмотрел уголовное дело, поставил под сомнения достоверность его показаний.

Кроме того, осужденный просит учесть, что свидетели являются наркозависимыми, а значит заинтересованными в исходе дела лицами; при его задержании один из понятых находился под следствием, в последующем был заключен под стражу, оперативные сотрудники, принимавшие
участие при его задержании находятся в СИЗО-1 за подлог и фальсификацию улик, а также за превышение должностных полномочий.

В кассационной жалобе адвокат Ш. просит приговор суда отменить, уголовное дело прекратить за отсутствием доказательств виновности Б. в инкриминируемых преступлениях.

Как указывает адвокат, в судебном заседании осужденный Б. вину признал частично, пояснив, что наркотики употребляет с 2006 года, 14 марта 2008 года около 14 часов он приобрел у неустановленного лица около 2-х граммов героина в 2-х расфасованных пакетиках, около дома N Х по ул. У был задержан сотрудниками милиции З., Р. и М., которые его избили, надели наручники, посадили в автомобиль и привезли в Кировское РУВД, при этом Р. положил в его карман деньги, затем достал из кармана его кошелек, в котором находились два полиэтиленовых пакетика с героином, из своего кармана Р. достал записную книжку, и в один из “чеков“, находящихся в его кошельке, завернул один пакетик с героином, другой положил в кулечек, изготовленный из страниц записной книжки, все сложил ему в карман; в тот момент, когда оперативный работник снимал с него наручники, он (Б.) разжал руки и оперативный работник проводил своей рукой по его руке.

По мнению адвоката, показания свидетеля З., являющегося оперативным работником, не имеют преимуществ перед показаниями Б.; свидетели-понятые очевидцами покушения на сбыт наркотических средств не являлись, а объективных доказательств - видео- и звукозаписей суду не представлено, а потому показаний свидетеля З. недостаточно для признания Б. виновным в покушении на сбыт наркотических средств и в приготовлении к сбыту; такие доказательства, как акт личного досмотра К., акт добровольной выдачи К. наркотических средств, справка
ЭКЦ ГУВД по Новосибирской области N 573 от 15.03.2008 года, заключение эксперта N 3624 от 12.05.2008 года и другие не свидетельствуют о том, что Б. покушался на сбыт наркотических средств; Б., страдающий согласно заключению судебно-наркологической экспертизы опийной наркоманией 2 стадии, приобрел наркотическое средство для личного употребления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления и кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона (ст. ст. 302, 307 УПК РФ) обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

Эти требования уголовно-процессуального закона по данному уголовному делу судом не соблюдены.

Б. органами предварительного следствия предъявлено обвинение в том, что он в период до 18 часов 14.03.2008 г. в целях сбыта незаконно приобрел наркотическое средство героин массой не менее 1,842 грамма в трех пакетиках; около 18 часов того же дня, реализуя преступный умысел на незаконный сбыт данного наркотического средства, он продал за 600 рублей часть приобретенного героина в 1 пакетике массой не менее 0,144 грамма К., выступавшей под видом покупателя в ОРМ “Проверочная закупка“, а оставшуюся часть героина продолжал незаконно хранить при себе с целью сбыта, но довести преступный умысел до конца не смог по независящим обстоятельствам, т.к. был задержан сотрудниками милиции. В тот же день в 19 часов при личном досмотре Б. сотрудниками милиции в присутствии понятых наркотическое средство героин массой не менее 1,698 грамма в двух пакетиках было у Б. обнаружено и изъято.

Как видно из приговора, Б., признавая себя виновным частично, утверждал, что
в указанный день, возвращаясь домой с работы, приобрел для личного употребления около двух граммов героина в двух пакетиках; данного количества героина ему хватило бы на два употребления; возле подъезда своего дома его задержали сотрудники милиции З., М. и Р., которые избили его, надели наручники, посадили в автомобиль и доставили в Кировское РУВД; в служебном кабинете в РУВД он пробыл в наручниках около 4 часов, при этом его периодически избивали М. и Р.; перед тем, как завести понятых, Р. положил в его карман деньги; после этого в кабинет завели понятых, в их присутствии с него сняли наручники, достали все из его карманов и выложили на стол; затем зашла К., показала пакетик из фольги с героином, заявила, что приобрела героин в пакетике у него (Б.), что выдает данный пакетик с героином добровольно; деньги, вынутые из его кармана, сверили с ксерокопиями, номера и серии денежных купюр и ксерокопий совпали; он в присутствии понятых пояснял, что деньги ему подложил Р.; оперативный работник, снимая с него наручники, провел своей рукой по его левой руке; когда его руки осветили лампой, он увидел, что вся его рука в порошке; он обратил внимание понятых на это и попросил, чтобы и оперативный работник показал свои руки, у того на руках тоже светились остатки порошка; все изъятое у него было упаковано и опечатано, З. составил какой-то документ, в котором понятые расписались.

Подсудимый Б. утверждал также, что свидетеля К. увидел впервые в служебном кабинете Кировского РУВД при оформлении протокола добровольной выдачи наркотического средства, но ему известно, что она сотрудничает с оперативными работниками,
и оговорила его в связи с этим; оперативные работники его оговаривают, т.к. он стал объектом наблюдения ввиду того, что употреблял наркотики, отбывал наказание за тяжкое преступление, освободился из мест лишения свободы условно-досрочно, в связи с чем была возможность лишить его свободы надолго; за медицинской помощью после избиения его оперативниками З., М. и Р. он не обращался, но на его теле были телесные повреждения; по поводу незаконных действий оперативных работников он писал Генеральному прокурору жалобу, которая была возвращена ему из спецчасти без ответа.

В соответствии со ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются сведения, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств подлежащих доказыванию по уголовному делу; доказательствами являются как свидетельские показания, протоколы следственных действий, заключения экспертов, вещественные доказательства, так и показания обвиняемого.

С учетом данных положений процессуального закона показания подсудимого о невиновности, сводящиеся по данному уголовному делу к утверждению о фальсификации сотрудниками милиции результатов оперативно-розыскного мероприятия - проверочной закупки наркотических средств, подлежали тщательной проверке и оценке в совокупности с другими, представленными стороной обвинения доказательствами, чего судом в нарушение требований уголовно-процессуального закона сделано не было.

Признав вышеприведенные показания и утверждения Б. недостоверными, суд сделал вывод о том, что вина Б. подтверждается показаниями свидетелей - понятых М. и К., закупщика К., сотрудника милиции З., не доверять показаниям которых нет оснований, поскольку они последовательны, согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга, а также подтверждаются материалами дела, в том числе актом личного досмотра Б.

Между тем, вывод суда о том, что показания перечисленных свидетелей полностью согласуются между собой и подтверждаются материалами дела, не соответствует действительности.

Так,
утверждения подсудимого о том, что наркотические средства К. он не сбывал, увидел ее впервые в кабинете Кировского РУВД при оформлении протокола добровольной выдачи наркотических средств, о чем заявлял в присутствии понятых, суд признал полностью опровергнутыми согласующимися между собой и с протоколом личного досмотра Б. показаниями свидетелей-понятых и свидетеля-сотрудника милиции З.

Данный вывод суда не основан на приведенных в приговоре доказательствах.

Так, свидетель З., как следует из приговора, пояснял суду, что в ходе личного досмотра в кармане куртки Б. были обнаружены и изъяты деньги купюрами 500 и 100 рублей, участвовавшие в проверочной закупке, и два бумажных пакетика с порошкообразным веществом, при этом Б. пояснил, что деньги принадлежат ему, по поводу изъятых наркотического средства пояснений Б. он не помнит.

Свидетель-понятой К., как следует из приговора, подтверждал, что из кармана куртки Б. один из сотрудников милиции достал деньги купюрами, номера и серии которых совпали с номерами и сериями копий купюр, представленных сотрудниками милиции; что пояснял Б. по поводу изъятых денег, не помнит; из портмоне Б. был изъят порошок, упакованный в фольгу или бумагу, при этом Б. заявил, что порошок не его; Б. также заявлял, что К., добровольно выдавшую сверток из фольги с наркотическим средством, и указавшую на Б., как на сбытчика, он ранее не видел; не помнит, указывал ли Б. на неправомерные действия сотрудников милиции, испачкавших его руки порошком.

Таким образом, из показаний названных свидетелей следует, что какие-то заявления Б. при личном досмотре все же делал.

Однако, в акте личного досмотра Б. в графе “замечания в ходе производства личного досмотра“ никаких записей о том, что Б. делал какие-либо
замечания, не имеется.

Данным несоответствиям в показаниях названных свидетелей и в акте личного досмотра суд никакой оценки не дал, хотя с учетом вышеприведенных утверждений Б. это вызывалось необходимостью.

Опровергая утверждение Б. о том, что наркотиков он никому не сбывал, изъятый у него героин он приобрел для личного употребления, т.к. употребляет героин с 2006 г., К. увидел впервые в Кировском РУВД в момент выдачи ею пакетика с наркотическим средством, суд сослался на показания свидетеля-сотрудника милиции З. о том, что решение о проведении проверочной закупки наркотических средств у Б. было принято в связи с поступавшей оперативной информацией о сбыте последним героина, и на показания свидетеля-закупщика К. о том, что в ходе проверочной закупки она приобрела у Б. наркотическое средство в одном пакетике.

Признавая приведенные показания свидетеля К. достоверными, суд указал на их последовательность в суде и на предварительном следствии, в том числе в ходе очной ставки с Б.

Между тем, вышеуказанные показания Б. также последовательны в судебном заседании и на предварительном следствии, в том числе и в ходе очной ставки с той же К., а его утверждение о том, что он употребляет героин подтверждено заключением судебно-наркологической экспертизы.

При таких обстоятельствах суду следовало тщательно проверить доводы Б. об имевшей место фальсификации результатов оперативно-розыскной деятельности, чего суд в нарушение требований уголовно-процессуального закона не сделал.

Опровергая утверждение Б. о незаконных методах, примененных оперативными работниками в ходе оперативно-розыскной деятельности (об избиении его сотрудниками милиции во время задержания и в служебном кабинете РУВД до прихода понятых, о фабрикации ими доказательств - оперативник своей рукой нанес на его руки порошок), а также его утверждения
о том, что на данные незаконные действия сотрудников милиции он (Б.) подавал жалобу Генеральному прокурору, которая была ему возвращена спецчастью без ответа, суд в приговоре сослался на отсутствие в материалах уголовного дела медицинских документов, подтверждающих наличие на теле Б. телесных повреждений, и на отсутствие в материалах дела и протоколах его допросов заявлений и жалоб по поводу применения незаконных методов при производстве оперативно-розыскной деятельности.

Что касается протоколов, то из протокола очной ставки, исследованной в судебном заседании, но приведенной судом в приговоре в части показаний Б. лишь частично, усматривается, что Б. на очной ставке с К., как и в судебном заседании, утверждал, что К., указавшую на него как на сбытчика наркотиков, он увидел впервые в кабинете РУВД, что сотрудники милиции подложили в его карман деньги, и, снимая с него наручники, умышленно замарали его руки раствором люминесцентного порошка.

С учетом последовательности данных утверждений Б. и для их проверки суду не следовало ограничиваться констатацией отсутствия в материалах настоящего уголовного дела вышеуказанных документов.

Как следует из приговора, срок наказания Б. исчислен с 15.03.2008 г. - со дня его фактического задержания. Учитывая данное обстоятельство и для проверки вышеуказанных утверждений, суду следовало истребовать из СИЗО-1 г. Новосибирска информацию о том, когда Б. был помещен СИЗО-1, был ли он при поступлении в изолятор освидетельствован на предмет наличия телесных повреждений, обращался ли Б. с жалобами на действия сотрудников милиции.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона в приговоре суд обязан дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам.

Как следует из приговора, суд признал доказательствами не только наркотическое средство - героин в двух пакетиках, изъятый у Б., и героин в одном пакете, выданный К., но и обрезки фольги, в которые героин был упакован.

Из протокола судебного заседания усматривается, что судом исследовалось чтение сравнительной экспертизы названных обрезков фольги. Однако в нарушение требований уголовно-процессуального закона суд не только не дал оценки данному доказательству, но и не привел его в приговоре, на что обоснованно указывает в кассационном представлении его автор.

При таких обстоятельствах следует признать, что выводы о виновности Б. в покушении на сбыт наркотических средств и в приготовлении к незаконному сбыту наркотических средств в крупном размере сделаны судом без должной проверки доказательств и являются преждевременными.

При наличии перечисленных недостатков и нарушений требований уголовно-процессуального закона судебная коллегия находит доводы автора кассационного представления и осужденного Б. о незаконности и необоснованности приговора суда обоснованными, а потому приговор подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

При новом судебном рассмотрении суду следует учесть изложенное, принять меры к тщательной проверке доказательств, представленных сторонами, дать им соответствующую оценку, и свои выводы надлежащим образом мотивировать в приговоре.

Поскольку приговор судебная коллегия отменяет ввиду нарушения судом требований уголовно-процессуального закона, доводы адвоката Шаболтаевой Е.И. о прекращении уголовного преследования в отношении Б., а также доводы Б. об исключении из числа доказательств показаний заинтересованных в исходе дела свидетелей, удовлетворению не подлежат в связи с преждевременностью.

Поскольку мера пресечения в виде заключения под стражу была избрана Б. в ходе предварительного расследования по делу, судебная коллегия, отменяя приговор, оставляет Б. данную меры пресечения без изменения.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Кировского районного суда г. Новосибирска от 16 июня 2009 года в отношении Б. отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но в ином составе суда.

Кассационное представление заместителя прокурора Кировского района г. Новосибирска Старостенко Е.В. удовлетворить, кассационные жалобы осужденного Б. и адвоката Шаболтаевой Е.И. удовлетворить частично.

Меру пресечения Б. оставить без изменения - содержание под стражей в СИЗО-1 г. Новосибирска, продлив срок его содержания под стражей на 3 месяца, т.е. до 30 декабря 2009 года включительно.