Решения и постановления судов

Определение Московского городского суда от 01.07.2010 по делу N 33-19633 В удовлетворении исковых требований о взыскании неустойки за нарушение сроков ввода в эксплуатацию жилого дома отказано правомерно, поскольку материалами дела установлено, что между истцом и ответчиком договорных отношений по строительству и инвестированию жилого дома не существовало.

МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 1 июля 2010 г. по делу N 33-19633

Ф/судья Колосова С.И.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда

в составе председательствующего Базьковой Е.М.

и судей Дегтеревой О.В., Малыхиной Н.В.

при секретаре О.

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Малыхиной Н.В.

дело по кассационной жалобе Д. на решение Гагаринского районного суда г. Москвы от 14 января 2010 г., которым постановлено: В удовлетворении исковых требований Д. к ЗАО “СУ N 155“, ЗАО “ИНТЕКО“ о взыскании неустойки - отказать.

установила:

Д. обратился в суд с иском к ЗАО “ИНТЕКО“, ЗАО “СУ N 155“ о взыскании неустойки и с учетом уменьшения размера заявленных требований просил взыскать с ответчиков
неустойку в размере 1.000.000 рублей, в обоснование заявленных требований указывая на то, что 14 декабря 2004 года между ним и ООО “Промышленность Строительство Торговля“ был заключен договор инвестирования, по условиям которого, истец принимает участие в реализации инвестиционного проекта по строительству монолитно-панельного жилого дома по адресу: <...> в объеме 101,84 кв. м, путем внесения инвестиционного взноса в размере 137.484 долларов США, согласно п. 1.2 договора инвестирования. Истец выполнил принятые на себя обязательства, однако были нарушены предусмотренные п. 2.2.1 инвестиционного контракта от 07.07.2003 г. сроки ввода в эксплуатацию жилого комплекса, в котором находится квартира истца, вместо сдачи дома не позднее 4 квартала 2005 года, в соответствии с распоряжением Префекта ЮЗАО г. Москвы жилой комплекс был введен в эксплуатацию только 31 января 2007 года.

Истец полагает, что ответчиками была допущена просрочка исполнения договора инвестирования на 730 дней, в связи с чем, он просил взыскать с ответчиков неустойку за просрочку исполнения обязательства в размере 1000 000 руб. (л.д. 64), указывая на то, что на его письменную претензию от 19 сентября 2009 года ответчикам с просьбой выплатить неустойку за просрочку исполнения обязательства, ответа он не получил.

В суде представитель истца по доверенности Г. исковые требования поддержала в полном объеме.

Представитель ответчика ЗАО “ИНТЕКО“ возражал против удовлетворения иска по доводам письменного отзыва на иск.

Представитель ответчика ЗАО “СУ N 155“ в суд не явился, был извещен надлежащим образом, представил письменный отзыв на иск, согласно которому, просил в удовлетворении иска отказать.

Представитель третьего лица Управления “Росреестра“ по Москве в суд не явился, был извещен, просил рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.

Представители третьих
лиц ЗАО “Русская инновационная компания“, Правительство Москвы, Федеральное государственное учреждение высшего профессионального и послевузовского образования “Российская академия театрального искусства - ГИТИС“ в суд не явились, были извещены надлежащим образом о рассмотрении дела в суде, отзыв на иск не представили, ходатайств по делу не заявляли.

Суд постановил вышеуказанное решение, об отмене которого просит Д., как незаконного.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения представителя Д. - Г. (по доверенности от 06.11.2009 г., л.д. 52), представителя ЗАО “Интеко“ - С. (по доверенности от 24.02.2010 г. N 40), обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда постановлено в соответствии с фактическими обстоятельствами и материалами дела, требованиями закона, ст. 307, п. 1 ст. 330, п. 1 ст. 401 ГК РФ, ст. ст. 56, 67 ГПК РФ, и отмене не подлежит по следующим основаниям.

Судом первой инстанции было установлено, что 14 октября 2004 года между ООО “Промышленность Строительство Торговля“ и Д. был заключен договор инвестирования, предметом которого являлось участие истца (субинвестора) в реализации инвестиционного проекта по строительству монолитно-панельного жилого дома по адресу: <...> в объеме 101,84 кв. м.

20 марта 2007 года компания ООО “Промышленность Строительство Торговля“ была реорганизована путем преобразования в ЗАО “Русская инновационная компания“.

Истец Д. (субинвестор по договору) обязался принять участие в реализации проекта по строительству жилого дома и до 27 марта 2005 года должен был перечислить инвестору денежные средства, а Инвестор (ООО “ПСТ“) принял на себя обязательства подтвердить участие субинвестора в реализации инвестиционного проекта, путем включения субинвестора в документ, закрепляющий распределение общей площади жилья в объекте.

В соответствии с п. 2.2.1 инвестиционного контракта, жилой комплекс
со встроенно-пристроенными нежилыми помещениями и подземной автостоянкой по адресу: <...>, планировалось вести в эксплуатацию не позднее четвертого квартала 2005 года (л.д. 38), однако на основании Постановления Правительства Москвы N 492-ПП от 19.06.2007 года “О внесении изменений в постановление Правительства Москвы от 11.06.2002 г. N 423-ПП“, срок строительства был продлен на период “2003 - 2007 г.г.“ вместо ранее установленного срока “2003 - 2005 г.г.“.

Постановлением Правительства Москвы N 208-ПП от 17.03.2009 г. “О завершении реализации инвестиционного проекта по адресу: ул. Академика Пилюгина, в квартале Ломоносовского района“ сроки строительства жилого дома со встроенно-пристроенными нежилыми помещениями и подземной автостоянкой были продлены до 30 мая 2009 г.

На основании указанных постановлений Правительства Москвы вносились изменения в инвестиционный контракт, стороной которого истец не являлся.

Ответчики ЗАО “ИНТЕКО“ и ЗАО “СУ N 155“ в инвестиционном контракте осуществляли функции инвесторов по реализации инвестиционного проекта по строительству жилого дома.

12 сентября 2003 года между ЗАО “СУ N 155“ (инвестор) и ООО “Промышленность Строительство Торговля“ (субинвестор) был заключен договор инвестирования, в соответствии с которым, ООО “ПСТ“ участвует в реализации инвестиционного проекта по строительству жилого дома, с приобретением права на результат инвестиционной деятельности в виде конкретных квартир, согласно перечню, в который вошла и квартира, перешедшая в собственность Д.

По условиям указанного договора инвестирования, ООО “ПСТ“ вправе было передать свои права и обязанности по договору третьим лицам путем заключения с ними соответствующих договоров. При этом инвестор (ЗАО “СУ N 155“) не возлагал на себя ответственности перед третьими лицами за исполнение обязательств со стороны ООО “ПСТ“.

Истец принял участие в строительстве жилого дома на основании договора инвестирования, заключенного
с ООО “ПСТ“, которое фактически передало свое право на участие в долевом строительстве и инвестировании дома на основании договора долевого участия, заключенного с ответчиком ЗАО “СУ N 155“.

Из материалов дела установлено, что часть жилого дома (секция Е), в которой истец приобрел квартиру, фактически была введена в эксплуатацию в январе 2007 года на основании распоряжения Префекта ЮЗАО г. Москвы, т.е. в сроки, установленные Правительством Москвы и согласованные сторонами инвестиционного контракта, о чем свидетельствует дополнительное соглашение от 17.09.2007 года.

Как усматривается из материалов дела, решением Гагаринского районного суда г. Москвы от 19.06.2009 года за истцом Д. было признано право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...> (л.д. 65 - 66).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходил из того, что между истцом Д. и ответчиком ЗАО “ИНТЕКО“, а также между истцом и ЗАО “СУ N 155“ договорных отношений по строительству и инвестированию жилого дома по адресу: <...>, не существовало, и каких-либо самостоятельных обязательств у ЗАО “СУ N 155“ перед истцом не возникло.

При этом, суд пришел к выводу, что истец необоснованно ссылался на положения Закона РФ “О защите прав потребителей“ в обоснование заявленных требований, который в данном случае не применим, поскольку ответчики по отношении к истцу не выступали ни в качестве продавца, ни в качестве исполнителя работ или услуг. Кроме того, между сторонами каких-либо обязательств (договорных или деликтных) не возникло, а потому суд отказал в удовлетворении требования о взыскании неустойки.

Судебная коллегия соглашается с вышеуказанными выводами суда и полагает, что решение суда не противоречит собранным по делу доказательствам и требованиям закона.

Довод кассационной жалобы, что суд пришел
к ошибочному выводу об отсутствии договорных отношений между сторонами, не влечет отмену решения суда, поскольку он подтверждается инвестиционным контрактом между Правительством Москвы, Государственным образовательным учреждением высшего и послевузовского профессионального образования “Российская Академия театрального искусства - ГИТИС“, ЗАО “ИНТЕКО“ и ЗАО “Строительное управление N 155“, зарегистрированный в ДЖП и ЖФ 07.07.2003 года, за N <...>; договором долевого инвестирования N <...>от 12 сентября 2003 года, заключенный между ЗАО “СУ N 155“ и ООО “ПСТ“, в которых, истец стороной договора (контракта) не являлся.

Как усматривается из материалов дела, между ООО “ПСТ“ (ЗАО “РИК“) и истцом был заключен договор инвестирования, и перемены лиц в обязательстве по инвестиционному контракту не было произведено, в связи с чем, доводы истца в части переуступки прав требования по договору инвестирования от 14 октября 2004 г. основаны на ошибочном толковании закона и норм материального права, и не могут служить основанием к отмене решения суда.

Другие доводы Ф.И.О. основаниям заявленных истцом в суд требований, которые были предметом исследования суда, которым суд в решении дал надлежащую правовую оценку, по существу они сводятся к переоценке выводов суда, основаны на неправильной оценке обстоятельств данного дела, ошибочном толковании норм материального права, а потому не могут служить основанием для отмены правильного по существу решения.

Суд с достаточной полнотой исследовал обстоятельства дела. Значимые по делу обстоятельства судом установлены правильно. Нарушений норм материального и процессуального закона коллегией не установлено, в связи с чем, оснований для отмены решения суда не имеется.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 360, п. 1 ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия,

определила:

Решение Гагаринского районного суда г. Москвы от 14 января
2010 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Д. без удовлетворения.